Немой город.
~Привет, Ванкувер! (из дневника заезжего «туриста», некогда жившего в этом прекрасном городе у моря)


1
И вот я снова в этом городе. 
Шумном, людном и пёстром.

Как я тут оказался? В смысле — сейчас. 
Я тут проездом. 

В этом городе я прожил лет тридцать, а теперь меня случайно сюда занесло — всего на несколько часов. И я пытаюсь понять: как оно мне тут теперь, когда долго здесь не был?

Какие у меня ощущения? 
Какие мысли? Чувства?

Да никаких. 

Я будто и не чувствую ничего сейчас такого уж особенного, когда вот так, спустя пару лет, вдруг тут оказался. Вроде как и не так много времени прошло с моего переезда, а будто целая жизнь пронеслась. 

Раньше я тут каждую собаку, как говорится, знал. 
А теперь не узнаю ни одной — собаки теперь мне все здесь незнакомые. 

Проезжая в такси по центру, я смотрю на светящиеся окна в многоэтажных высотках, и этот свет напоминает мне мерцание бриллиантов в огранке кольца. Маленьких таких бриллиантиков в тоненьком таком золотом колечке — за большие-пребольшые такие деньги. 

Показное такое колечко, чтобы всем заметно было и чтобы сверкало красиво. 
Главное — чтобы сверкало. 
И чтобы заметно.

2
Так это мой город? 
Или не мой?

Похоже, что город этот — немой. Он нем ко мне. Он больше не говорит мне ни слова. Или говорит — но какими-то не теми словами. Такими, которых я не понимаю. 

Или всё-таки не говорит? 
Молчит? 

А я? 
Что говорю ему я?

Я — в какой-то притуплённой, усталой задумчивости. Мне вроде и неимоверно радостно от того, что я здесь оказался. И в то же время я понимаю, что я тут проездом, и мне нельзя увлекаться лишними мыслями и чувствами по этому поводу. 

Нельзя копаться в своих ощущениях.
Не стоит тревожить себя воспоминаниями, интересоваться, как теперь тут всё. 

Завтра рано-рано утром я уеду — и кто знает, когда ещё сюда вернусь. 

Вернусь ли? 

Надо ли возвращаться мне в немой город, который теперь не мой?

3
Мысли шарятся в голове — рассеянные, и никак не соберутся в более-менее однородный образ. Никак не сформируются в полностью осознанный ответ на зависший в воздухе главный вопрос: как мне тут? 

Никак, похоже. 
Или всё-таки как? 

Мне радостно видеть и горы, и море. И трава зелёная тут меня дико радует. И воздух мягкий такой — дышится, будто пьётся, по которому сильно соскучился. 

А ещё? 

Должно же быть что-то ещё. Что-то должно быть такое, большое и важное, которое призывает остаться. Спокойствие какое-то должно быть. 

А его нет. 

Странно как-то. 
Ничего не понимаю…

4
«Останься!» — кричит немой город, который теперь не мой. Уже не мой. Уже он чей-то ещё — того, кто жадно сгрёб его себе в охапку и не желает ни с кем делиться. И поэтому этот немой крик мне не слышен. 

Город молчит. 
И я молчу. 

Мы молча смотрим друг на друга, как на проходящий автобус, который не твой. Не по адресу. Ну что ж, разберёмся потом, что это за остановка такая, мимо которой проходят все автобусы. 

А пока я просто иду по улице и глазею по сторонам. А вернее — заглядываю во все окна домов, что натыканы вдоль улицы, по которой иду. 

Люди живут в этих домах кто как. Кто-то — с полным комфортом, и по виду обустроенности, уже очень давно. А у кого-то и мебели-то почти нет, и на стенах ничего не висит: диван да телек — вот и вся обустроенность. 

В одних окнах видны комнаты, заставленные торшерами с мягким светом, полками вдоль стен — с книгами и всякими безделушками на них. Кругом растения, и барахло на подоконниках стоит, а по стенам картины, фотографии и гобелены развешены. 

В других же окнах всё очень и очень скромно: плакат на стене или флаг, малой своей родины или любимой футбольной команды, стол у окна с одиночной, задумчивой фигурой за ним, а свет горит где-то в глубине квартирки, на кухне. 

Такой уж город. 
В нём трудно обустроиться, особенно поначалу. 

Начало чётко проглядывается в окнах. У кого-то это не первое начало — и это чувствуется. А у кого-то — начало всех начал.

Начала у всех разные. У кого-то — в ярких и радостных шторках в рюшах, из-за которых маячит горшок с цветком и светлое будущее длиной в долгожданный двухнедельный отпуск на тёплом побережье под пальмами.

У других же в окне брызжет свет беспросветного настоящего, через жалюзи которого маячит, дай бог, оплата аренды за следующий месяц, а там как-нибудь разберёмся. 

Говорю же — такой уж этот город. 

Немой город нем к судьбам его жителей: обустроенных или только пытающихся как-то тут обустроиться. Он сам по себе — со своими огоньками в окнах и многочисленными пустующими тёмными квартирами, за которые слишком дорого просят.

5
Трава зеленее там, где… 
Ну, в этом-то городе трава всегда зеленее — это точно. 

Трава здесь зелёная круглый год. Даже зимой — зелёная. Даже под Новый год. И это здорово. Здорово — с зелёной травой кругом и зажжёнными фонариками на деревьях. 

И, видимо, действительно хорошо там, где нас нет. 

Там, где я, зелёная трава среди зимы — дело невиданное. А так хочется, чтобы трава. И чтобы без шапки ходить. И без перчаток — чтобы. И в кроссовках, желательно. И чтобы не кутаться. И шарф — чтобы не нужен был. 

И хорошо, чтобы… 
всё-таки было хорошо там, где есть я. 

И, наверное, так оно и есть — просто я этого не замечаю. 

Наверное, зря я так. 
Попробую исправиться.

6
А море? 
Одно море чего стоит!? 

Море стоит дорого в этом городе. Наверное, как и во всех городах у моря. 
Наверное. 

Люди тянутся к морю. Оно успокаивает. Оно навевает настроение и прививает веру в лучшее. Снежный ветер такого не прививает.

Снежный ветер навевает сугробы и тоску. А ещё — простуду и больное горло. И я предпочитаю смотреть на снег из окна. И даже когда и выйдешь на скрипучий снежок, и даже когда с улыбкой первые пару шагов делаешь — а хочется всё же поскорее вернуться в дом, где камин и тапки. Где горячий чай. Нескончаемо горячий — иначе больное горло и простуда. 

Снег не прививает веру в лучшее. Может быть, он навевает слегка волшебное настроение — но и то ненадолго. Когда снег долго, хочется, чтобы он наконец-то закончился. 

Моря долго не бывает. Не бывает ожидания конца моря. Ни у кого. 

Море любишь бесконечно. 

И немой город это знает — и выставляет море напоказ: со всеми его кораблями на рейде, барашками на воде и белоснежными парусниками в солнечный день. И всё это — на фоне бескрайних гор.

7
Гор тоже не бывает много.

Бывает много равнин. Когда долго-долго едешь по равнине, хочется поскорее уже увидеть горы — или хотя бы холмы. Хочется дерево увидеть, на крайний-то случай. 

А когда горы — хочется просто смотреть и смотреть. 

Не мой город распростёр объятья своих гор в широкой улыбке своего залива. Криками чаек немой город приветствует своих — местных — и не своих, приезжих. Или залётных, таких как я. 

И все мы дивимся на красоту неземную и благодарим высшие силы за то, что мы здесь. 

И не мой город продолжает улыбаться — всем или только мне, уже и не разберу. Но чертовски завидую самому себе за то, что я здесь. 

И он знает это — и ещё сильнее лыбится мне, не мой город.

8
И вот я улетаю. 
И снова — прощай, мой город, который уже не мой. 
Покедова. Или до скорой? 

Город немой — он продолжает ухмыляться мне вслед и кажется уже, что не только мне. Он так со всеми: всем одинаково рад и ко всем одинаково безразличен. 

И будет ли он рад моему возвращению?
Будет ли помнить, что я тут когда-то уже жил?
Не факт. 

Он просто по-дурацки лыбится, как хоккеист, потерявший два передних зуба. И теперь его широкая улыбка зияет пропастью, в которой пропасть, потеряться — так же легко, как и найтись. 

Найду ли я когда себя в этом городе, который уже не мой? 

Немой город кричит чайками мне во след и палит пушкой на прощанье. 
Ещё часы на пару гудят, тоже на прощанье, но их заунывную песню я уже не слышу. 

Я улетаю. 
Насовсем ли, на время, на жизнь — кто его знает… 
Немой вопрос к не моему городу. 
Или к самому себе.


18-19 января 2026
Алёна Полудо