ЗЕРКАЛА И ОТРАЖЕНИЯ

~Современный психологический роман (в пяти частях) о жизни, выборе и отражениях:

каждое слово и поступок героя влияют на него и на мир вокруг,

а каждая сцена — маленькое зеркало жизни.

Любите жизнь!

26 октября - 2 ноября 2025

Алёна Полудо

Часть I
«Зеркала»

1

«Ну ты как, Север? Что-то ты устал, старик. Устал. Круги вон, мешки под глазами. А это что? Блин — седею. Вроде ж не старый ещё — сорока ещё нет, и это не возраст: вон, батя до семидесяти чернобров да черноус был. Правда, потом в одночасье и сдал, и поседел, и ушёл за год-полтора. Эх, батя… Да может, оно и к лучшему… Время нынче непонятное даже молодым, а уж старики как справляются — чёрт его…»

С такими мыслями я смотрел на себя в зеркало и не осознавал ещё, что это был тот самый момент, о котором я слышал совсем недавно и который потряс меня до глубины души. 

Я о зеркалах. Слышали, наверное? Нет? 
Ну так слушайте.


2

В тот день настроение у меня было не то чтобы плохое, но на минусе — и зеркало это отражало. А в тот момент, когда я себя в нём так пристально рассматривал и с сожалением замечал возрастные свои изменения, моё отражение со своей стороны рассматривало меня и, как мне показалось, с махоньким таким как бы чуть небольшим отставанием. Я даже не заметил, что заметил это. Чисто на чувственном уровне ощутил и всё.

Отражение как будто пыталось понять, чего я хочу или чего я ожидаю от него, вернее себя, смотря на него. Но, как я уже сказал, особо не обратил на тот в миллисекунды длинной момент. Я ещё немного понаблюдал за своим лицом, седеющими волосами и так явно уже выраженными морщинами на лбу, вокруг глаз… Да, и усталость в глазах, — её я особо продолжительно понаблюдал. Вздохнул и пошёл себе. А отражение себе. Тоже пошло — куда-то в свою жизнь по своим каким-то потусторонним зазеркальным делам. Я отметил тогда, что подошёл к зеркалу один, а отошли от зеркала двое. Я и моё отражение. 


3

Больше в тот день ничего интересного не произошло. Всё как обычно, всё как всегда: в офис приехал, почту разобрал, пару звонков сделал, встречи какие-то назначил, документы посмотрел, что-то подписал, что-то завернул переделывать, ну так — ничего интересного. 

Домой ехать не захотелось. Заглянул в полюбившийся недавно кабак. Нет, не то что я закладываю, бывает просто посижу виски в стакане покатаю, наблюдая как по льду они расползаются, разрываясь капроновым чулком, только вязким. Подобие некой медитации. Не знаю, почему так повелось, но этот незатейливый процесс и мысли успокаивает, и не так одиноко тут сидеть, как дома. Тут и кормят вкусно — сам я так не приготовлю, хотя вроде неплохой из меня готовщик… готовец… гото… блин, вот зацепится слово в голове — пока не подберу лучший вариант — не успокоюсь.

Пока сидел так мысли пинал, показалось, как будто дежавю — будто даже не то, чтобы это было уже со мной, а есть вот прямо сейчас, будто вот в этот именно сейчас момент это самое со мной происходит дубликатом. Это как называется, знает кто?
Так, мимолётно отметил я себе, а тут уже и принесли мне мою баранину под совершенно обалденным соусом, я и забыл думать о чём либо другом — мясо захватило всё моё внимание, и я сконцентрировался на своём ужине.


4

Я бежал. Бежал изо всех сил, стараясь унести ноги от на столько здоровенного пса, что собака Баскервилей по сравнению обыкновенная дворняга. … Мне часто, кстати такие сны снятся. Ну так вот… Бегу, пёс дышит в спину и уже открыл пасть, чтобы цапнуть меня. Я метнулся в сторону, вправо и… Как грохнулся со всей мочи на пол. Больно — капец как! В который раз я себе посетовал — ну на кой чёрт такую высоченную кровать купил? Царские хоромы — вообще не моё. Это всё Вика — она настояла на «по королевски чтобы». Слава богу, без балдахина! 

Шмякнулся я на столько неудачно, что высадил плечо и потом долго ещё лупил им по косяку, чтобы вставить обратно. Да-да, как в том фильме — это действительно так и делается, если не хотите полночи в травмпункте провести ожидая дока. В ночную смену работать некому и первую помощь лучше окажи себе сам.

Потом сидел на кухне ждал пока вскипит чайник. Чайник свистел уже минуты две наверное — как я наконец вернулся в осознание реальности из чертогов своих грузных мыслей. Зачем мы с Викторией расстались, думал я, сейчас бы она к чайку и бутербродик какой сварганила и компрессик сделал… но ни компрессом, ни бутербродом сам себя побаловать я не смог найти в себе сил и устало побрёл в спальню, забыв про чай.


5

Утро. Зеркало. Я.

Ага, вот ещё один седой волос, кажется вчера его ещё не было. Неужели сон так на меня… 

А вот тут кажется, — оно мне кивнуло, как бы подтверждая, что да, стресс он такой и не важно, что во сне.

Я прищурился и пристально посмотрел себе в глаза. Покрутил головой влево, вправо, наклонил набок. Отклонений не заметил — всё вроде в такт. Но почему такое смутное чувство, что нас тут двое?


6

— Палыч, ну не дави на меня. Сказал — сделаю. В самые короткие сроки. Да. Пока. — я недовольно косился на мобильник, лежащий на столе, будто сам он мне был крайне неприятен, а не голос Палыча в нём.

Как мальчишку дрючит меня, честное слово. Я и так знаю, что сроки, но не я же рожаю эти станки. Но, похоже, Палыч был бы рад, если бы я — ему главное быстро, а то, что заказ нам не тот отправили, ему наплевать. Будут ему женские станки, розовые, как… Ладно, это просто плечо даёт о себе знать. Неделю наверное ныть ещё будет. И плечо и Палыч — оба.

— Марина, сделай мне чаю пожалуйста.
Эх, сейчас бы в кабак: мяско, виски… а не вот это вот всё.
— Спасибо, Марина.

Хорошая эта Марина: говорит мало, делает как надо. Но по Вике всё же скучаю— весёлая была она, день рабочий легко как-то проходил, быстро. Сейчас же он тянется будто вторые сутки. 

Постучав по столу, отбарабанив какую-то нехитрую мелодию, я решительно встал и засобирался домой. Наказал Марине, если что, Палычу наплести — мол, уехал на пару дней, и наклонился под стол за портфелем… Замочек на кожаном портфеле моём серебряный, как новенький, и посему отражение своё в нём я увидел чётко. 

Оно меня тоже.

Мне сделалось немного не по себе. Пальцы холодными стали. 
Я повёл головой влево — отражение вправо.
У меня будто закружилась голова, от чего я дёргнулся и больно ударился ею об стол, держась за маковку, я наконец поднялся вверх от стоящего на полу портфеля.

— С Вами всё в порядке, Максим Борисович?
— Нормально. Спасибо, Марина. Я… Вы поняли меня на счёт Палыча, так?
— Да, конечно, скажу что вы уехали. Вы правда в порядке? Какой-то Вы бледный.
— Устал я… До свидания. Через пару дней увидимся. 
И я пошёл. 

А портфель остался.


7

Если оно ещё и разговаривать со мной начнёт — надо к доктору. Я, конечно понимаю, что стресс и всё такое, но не до такой же степени. Я что — от портфелей теперь шарахаться буду?

Если верить слухам, а земля ими, как говорится, полнится, то это был он. Или оно, если выражаться правильно. Отражение. Двойник. Тот самый.

Слухи, значит, витали следующие: отражения — это наши двойники, которые живут по ту сторону зеркала своей параллельной жизнью, но откуда диктуют нашу. Как они там — так и мы тут. Как у них — так и у нас. И если повезёт — у тебя хорошо всё по жизни идёт. А если не повезёт и он на тебя посмотрит… 

Конечно, это просто слухи. Никто никогда с ними не встречался вот так, явно. 
Но говорят. 
Говорят, ты не знаешь, когда увидишься со своим двойником, и можно жизнь прожить, так никогда его и не увидев. 

А если увидев? И причём вот так, явно?
Ну это же явно он — мой двойник.
Бред!


8

Конечно, я напился. 
Не то чтобы до дури, но лишку хватил.
Домой привёз шофёр хозяина заведения, за что благодарен, так как портмоне осталось в портфеле, а портфель в офисе на полу. Как кощеева игла в утке.


9

Голова трещит с утра, мама родная!
Это я правильно вчера решил отдохнуть от офиса и дел. Как чувствовал.
Где-то аспирин был. А, в ванной комн… нееет — там он. 

В зеркале. 
Поджидает, наверное, уже. 
Спросит, интересно, как я понял, что это он? 

Они вообще говорят?

И что, я теперь в собственном доме по углам буду прятаться?

Бред какой-то!


10

— Эй… ты! Ты там?
Молчит. Вроде.

Или «здесь» надо было спросить?
Кто-нибудь вообще пробовал с ними вступать в разговор?
Ну, попробовать-то стоит?

— Ээ-ээй?
Да, я конечно силён по переговорам в бизнесе, но с зеркалом?!
Соберись, давай, уже, Север! Не ссы!

— В общем, кто не спрятался, я не виноват! — я дерзко ступил перед зеркалом, с твёрдой уверенностью глянуть ему в глаза.


11

Оно как и я смотрело на меня. 
Моё отражение.
Так же дерзко. Так же тревожно. 
Ещё не известно, кто кого напугал больше.

Пошевелил рукой. 
Он тоже.
Той же.
Отклонений нет.
Точь-в-точь оба, одинаковые как братья-близнецы.

Я отвернулся и резко повернулся обратно к нему.
Он сделал то же самое, точь-в-точь как и я.

Вот я дурак! Напридумал же себе чёрт знает чт…

— Ну ты ещё поплясать думаешь или хватит уже? — спросил он — мой зеркальный портрет.


12

Вы когда-нибудь видели вообще, как на вас смотрит ваше отражение? 
Нет? Ну и тьфу-тфу-тьфу, не дай вам… 

Знаете же, как сейчас популярны оживления фотографий с помощью ИИ? Видели, да? Берут фото кого-нибудь в молодости, актёров там, музыкантов ушедших, или деда-бабку своих — и оживляют, типа: вот лицо растягивается в улыбке и фото начинает шевелится, двигаться, махать вам типа «эй, ты, привет из прошлого”. Знакомо, да? Так вот, как по мне, так это полный мрак! Эти движения у меня вызывают не то чтобы ужас, но выглядят они ужасно не естественно и жутко смотреть на фото человека, которого ты очень хорошо знал при жизни, и видеть как неестественна его улыбка и как неправильны его черты, мимика и движения — это совершенно чужой человек! Даже не двойник, а … сам Искусственный Интеллект в своей интерпретации. 

Да ладно умерших так воскрешают. Мне тут давеча показали такую вот «живую» картинку моей племянницы — девочке лет 20, в жизни у неё потрясающая улыбка, а тут такой оскал… и фото-то было за столом сделано, она макароны ела и её в тот момент щёлкнули. ИИ так переработало её жевательный процесс, что я навсегда, кажется, потерял вкус к макаронам.


13

На меня смотрел чужой — точная копия меня, только сейчас копией я чувствовал себя сам.
— Насмотрелся? — спросил он. — Чего ты там хочешь увидеть?
— Ты… я…
— Да. Я — это ты. Ты — это я. Ты чем-то удивлён? Что, — не сходится?
— Я… ты… сходится.

Я мямлил. Даже нет, не так. Я не мог найти слов в своей учёной голове. Вроде взрослый мужик, высшее образование, а растерялся как ребёнок потерявший маму в торговом центре.

— Ну давай уже, опомнись наконец! У нас мало времени! — попыталось привести меня в чувство моё отражение. Он даже рукой своей попытался будто до моего плеча дотронутся и меня встряхнуть хорошенько. Или мне так показалось.

Я теперь вообще уже не мог понять где мне кажется, а где нет.


14

— Ждёшь кого?
— Нет.
— Иди открой. — он повернулся и тоже пошёл, точь-в-точь повторяя все мои движения.

В дверь настойчиво звонили. 

— Галя? Что ты тут…?
— Быстро… Пусти… Посмотри, есть ли кто за мной?

Галя — моя сестра и мама той самой моей племянницы, что показывала мне «ожившее» с помощью ИИ фото дочки.

— Ты один?
— О…дин.
— А что не открывал долго так?
— Не зна… Галя, ты как здесь? Ты же, вроде, за границей должна…
— Нет. Это я всем так сказала. Я тут всё это время была. 
— ? — я смотрел на неё толи с вопросом, толи с большим желанием быстрее от неё отделаться, чтобы…
— Ждала.
— Чего — ждала?
— Ни чего. Кого. … Её.
— Кого — её?
— Ты точно один? Чего-то ты взъерошенный какой-то.
— Ну… сама ты тоже на нервах, я смотрю. Что стряслось?

Галя внимательно заглянула в мои глаза, будто убедиться, что я — это я.

— Ты только не подумай, что я ку-ку, ладно?
— Ладно.
— Обещаешь?
— Ты — не ку-ку. Рассказывай.


15

Галя, как-то со сомнением, но начала рассказывать, то и дело прислушиваясь к шумам за входной дверью и за окнами.

Было обычное утро, но как будто необычное в своей обычности. Как будто в ней присутствовала ещё одна она и они обе, как бы параллельно, выполняли все те утренние действия подъёма, завтрака и наваждения марафета. Сестра моя не была особо верящей в мистику и фантастику, любила, как и все, интересный фильмец посмотреть, но так чтобы увлекаться — нет. 

Почти закончив свой боевой раскрас, как она сама это называла, Галя взмахнула тушью по ресницам и заметила, что её отражение тоже взмахнуло, но дважды. 

Сначала она подумала, что ей показалось — ну может моргнула и так получилось, что показалось. Может солнечный зайчик так сверкнул, от солнечного луча что ли, тянущегося в то утро из окна спальни к прихожей и самой ванной комнате — квартирка у сестры маленькая, пространство открытое и всё там как на ладоне, комнатки в шаге друг от друга, без коридоров и углов.

Галя пошла закрыла штору, чтобы зеркало не отсвечивало, и снова занесла кисточку с тушью к глазам и теперь уже явно увидела, как та, что в зеркале, подмигнула ей и тоже подняла к глазам свою зеркальную кисточку.


16

Никогда не пил валерианку, и очень в этот момент пожалел, что нет у меня никаких успокоительных препаратов и чаёв. Галя тревожно и сбивчиво рассказывала как утро её пошло дальше, как ничего, вроде, и не происходило и не замечалось такого же необычного, но как её не отпускало чувство, что её — Гали — теперь двое и та, другая, теперь хочет выйти с ней в контакт.

Ничего не напоминает?


17

«Иди ты в пень, Галка», сказать я ей не мог. Слушал и поражался на сколько схожи оказались наши встречи нас с нашими двойниками. Лихорадочно старался найти успокаивающие слова, но мои мысли тоже неслись со скоростью отражений солнечных зайчиков, и нервное напряжение заметно усиливалось во мне самом. 

Тут Галя посмотрела мне прямо в глаза и всё сама поняла:
— Да ты ведь тоже с ним встречался… Так?

Что мне делать, не врать же, да и заметит сразу — враньё не мой конёк:
— Да.

Мы смотрели друг на друга и прислушивались к звенящей тишине моей квартиры.


18

Мы шли достаточно быстрым шагом… Нет, мы буквально бежали — подальше от дома, чем дальше, тем лучше от квартир и их зеркал в ванных комнатах. 

— Галя, давай сюда, — я открыл сестре дверь любимого заведения. Ну а куда ещё я мог привести её? В офисе было слишком людно, да и мой портфель там не оставлял мне сомнений в том, что тот тоже в теме и заодно с ними.


19

Бармен — парень со стажем и отличный психолог. Он и глазом не моргнул, достал бутылку моего любимого дорого напитка и только бровь поднял, будто соизмеряя моё состояние и наш с девушкой общий вид — налил по двойной порции.

— Что делать будем, Кысь-Брысь? 

Только Галя и остался, что ещё иногда звала меня по моей детской семейной кличке. Она меня этим имечком и одарила в юные года, пытаясь выговорить мои имя-отчество. Ей года два-три было? Не помню уже. Долго мне эта кличка от сестры не нравилась и я злился когда она меня так называла. Но мама была от этого уменьшительно-ласкательного в восторге и произносила её таким голосом, что она стала мне родной и уже потом вызывала во мне самые тёплые воспоминания.


20

— Давай-ка ещё по одной и перекусим, а? Стресс мы сняли, а на голодный желудок я думать не могу.
— Ты в своём уме? Утро ещё! Какое ещё по одной?
— Ну ты как хочешь, а мне есть что тебе рассказать. Но для этого мне нужно по ещё одной, — отрезал я и кивнул бармену показывая на мой пустой стакан из под вискаря. 


21

С моим рассказом и после перекуса ни Гале не мне легче не стало. Оставалось много вопросов и не понятно было где искать ответы, разве что только не у самих их спрашивать. Но не бред это?

Мы сидели и тупо смотрели то в окно, за которым уже или ещё моросил дождик — мы-то и не заметили пока оттуда сюда бежали, — то друг на друга. Слова не рождались, не строились в отчетливые предложения с правильными какими-то решениями в исходе событий. 

События были на столько необычными и не укладывающимися в нашем общем сознании. Ну, мистика да и только. Оба одновременно с ума мы сойти ну никак не могли, даже если это семейное — так не бывает. Не может так быть в жизни обычных и заурядных!


22

— Простите, тут Вам передали. Вы же Максим Борисович Северов?
— Д… да, он.
— Это вам. — и бармен передал мне МОЙ ПОРТФЕЛЬ.


23

Сказать, что я был удивлён — это ничего не сказать. Я был потрясён и только выдавил из себя медленный кивок головы вместо спасибо.

Бармен удалился.

Портфель смотрел на меня тем цепким взглядом, с которым я встретился вчера в офисе в своём отражении в его замочке.

Галя сидела напротив и смотрела в окно, поэтому в этот момент она не видела моего замешательства и даже не посмотрела ЧТО мне передали. Ну передали и передали. Мало ли. 


24

А и верно — мало ли что могут передать человеку в баре: записку, документ, телефонный звонок или ещё какую незамысловатую вещицу. Мало ли кто меня знает на столько хорошо, что предпочтёт прислать мне что-то важное в какой-то там любимый бар-ресторан. 

В том-то и дело, что мало! Считай, никто не должен знать этого места, вернее того, что это моё любимое заведение в котором есть большая вероятность меня найти. 

А вот нашли! 
А вот передали…


25

— Галя! Э-эй.
— Что? 
— Я должен отойти в писсуар… подождёшь?
— Я теперь не то что ждать, да я теперь вообще ни на шаг от тебя не отойду! Только не долго, ладно?
— Я скоро. — поднялся, схватил свой портфель, прижал его замком к себе, чтобы Галя не заметила отражения, и пулей вылетел в уборную.


26

— Если ты уже насмотрелся, давай поговорим.
— Кто… ты?
— Здрасьте, приехали!
— …
— Не тупи, Север. Я — это ты.
— Ага.
— Если не веришь, хочешь, шрам покажу на спине? Твой шрам.
— Не надо.
— Ну тогда, если ты держишь себя в руках, слушай…


27

Человек думает — он самое умное существо. А на деле, только отдельные личности умеют жить с умом, в ладу с самим собой и проживать жизнь полностью. Все остальные укорачивают её не прожив и большей части таковой. 

Двойник говорил мне это быстро, чётко и внимательно наблюдая, слушаю ли я его или всё ещё продолжаю копаться в своих собственных мыслях в поисках обоснования происходящего.

С Галей мы сейчас должны просто пойти домой, спокойно — никто не тронет. Никто за нами не гонится и ничего страшного с нами не произойдёт.
Ну да, ему хорошо говорить.

В мужском туалете не место для разговоров, это факт. За дверью слышались голоса посетителей сего заведения, и я снова взял свой портфель, теперь уже более привычным образом — за ручку, и вышел в зал бара.

Галя уже с нетерпением выискивала мои глаза и встала из-за столика сразу же, как я появился в конце зала.


28

Мне стоило потрудиться уговорить Галю вернуться ко мне домой. Единственное, что её успокаивало, это было то, что мы в этом всём с ней вместе и рядом. И что я, оказывается, знаю больше, хоть Галка между нами всегда самой умной считала себя.


29

Мы стояли друг против друга — они там, мы тут. 
Комнаты в отражениях те же, а мы уже не те. Мы — другие.
Они уверенные такие, а мы — поникшие какие-то, погасшие, что ли, — они в своих отражениях выглядели живее нас настоящих.

— Ребята, ну, давайте, как-то приходите уже в себя, а?!
Они сказали, а мы оба только молча хлопнули глазами. 
Так и стояли, уставившись друг в друга, рассматривая и вглядываясь в нас самих вот так со стороны.

— Я не знаю как это, но мне нужно время это переварить, — сказал я.
— Мне тоже. Время. Переварить. — тихим эхом отозвалась моя сестрёнка.
— Ну варитесь, ладно. До завтра. 

Мы с Галей переглянулись — наши отражения сделали точь-в-точь так же, никак не опаздывая и уже ничем не отличаясь от нас.


30

Галка нажарила картошки. Мы ели молча и переваривали каждый своё.

— Галь.
— М-мм?
— Ты веришь, вообще, что это нам не приснилось?
— Тебя ложкой огреть? 
— Не надо.

Эмоции выжали из нас все силы. Напряжение хоть и спало, но в голове теперь стоял звон и непонятно было, что делать до нашего завтра.


31

— А что, если они просто хотят жить?
— Север, ты в своём уме? Они — отражения.
— Ну да. Нет нас — нет их. А они хотят быть. Понимаешь?
— …
— Они просто помочь нам хотят, чтобы мы могли жить дальше, дольше и, может даже быть, лучше.
— Это ты сам придумал, или он тебе сказал?
— Сам. По крайней мере так сходится — не будет нас и тогда не будет их.
— Ну да, ну да…


32

— Э-эээ… Где вы там? Вы тут? Мы готовы вас услышать. — Блин, Галя, чувствую себя как с потусторонними духами разговариваю, к бабке не ходи.
— Ну, по крайней мере, вы расслабились, — сказал из зеркала он, а она хихикнула. Прямо как мы с Галкой когда-то в детстве.
— Привет, — махнул я рукой.
— Сегодня дождь и скверно… — продолжил шутить он и тут все мы немного брызнули смешками.

Они оказались нормальными ребятами. Прямо как мы наверное, хотелось так думать по крайней мере.
Они и говорили и двигались так же как мы, и даже мы сами сегодня стали больше похожи на самих себя — сжатость и страх прошли, вернулась будничная адекватность и наши движения стали более плавными и уверенными. Как у них.

Мы узнали много интересного, в двух словах не расскажешь, но в общем и целом я оказался прав — они просто хотели жить.


33

Слухи-то я слышал, но никогда никто не рассказывал случаи из настоящей жизни. А тут такой подарок судьбы — я сам участник происходящего. Это как? Везунчик, не иначе.

Галка, всё более интересовалась различиями со своей двойняшкой. Она всматривалась в какие-то одной ей видимые родинки и морщинки, искала ямочки на щеках и изучала цвет её глаз и сходство крапинок в них со своими.

Я же всматривался в него в общем и целом. Не понимаю, как раньше я не замечал таких явных этих различий, которые теперь так сильно бросались мне в глаза в моём отражении.


34

Наши миры связаны. Параллельно нам живут они. И мы со-зависимы.

Каждое утро мы с ними встречаемся у зеркал, и не только утром, конечно, но для рассказа так скажу. Встречаемся лицом к лицу, глаза в глаза. Смотрим друг на друга и … тут и начинается колдовство. Магия. Как там ещё у нас называют то деяние?

Мы буквально заговор творим, глядя на себя, мол: «какой же я усталый, худой, толстый, лысый», и тому подобные всякие вещи говорим своему отражению, а потом, вздыхая и в ещё худшем настроении уходим восвояси. А они восвояси, унося наши им в жизнь заклинания. 

Там, в своём зазеркальном мире, они водворяют в жизнь все те инструкции, которыми мы их снабдили, и на следующий день, презентуют нам наши же но ими искусно исполненные заговоры в своём отражении. 

В нашей же жизни, будто, ничего и не поменялось. Не случилось ничего такого за один день, на что можно было бы подумать — вот он, корень нашей проблемы. Но поменялось. Мы, смотрясь в зеркало в очередной раз, видим ещё больше недостатков, ещё больше проблем замечаем с тем, как выглядим, нам ещё больше не нравится и мы ещё сильнее добиваем себя — их — следующим рядом своего собой недовольства, пусть и пытаемся закрасить да замазать все свои новые морщины, и придать презентабельность нашему помятому виду.

В какой-то момент обратного пути уже нет. 
Привычка вжилась.

Наше тело в реальности с каждым днём становится всё более похожим на то, о чём мы изо дня в день сетуем на себя зеркалу. Мы становимся больными и дряхлыми, даже если ещё и не старики, а они делаются и того хуже — им достаётся больше. Мы, медленно, но верно, сами натягиваем на себя болезни и смерть. Бывает, когда совсем невмоготу, они первыми выходят из игры. 

Им от нас хватило.
Им надоело. 
Они ищут выход из сложившегося положения. 
Они решили обратиться к нам за помощью.


35

Галя сидела не шевелясь и только глазами на меня хлопала, слегка ошалев от услышанного.

— Как это? Ты мне сказку тут рассказываешь? Ты… серьёзно сейчас?
— Галка, я не выдумал это сам. Он мне так рассказал.
— А почему она мне этого не рассказала?
— Не знаю. Может быть, посчитала, что ты именно вот так к этому и отнесёшься, как сейчас?
—…
— Ну, не дуйся. Ну, спроси у неё сама, как будет возможность.
— И спрошу! Вот ещё, тайный советник какой. Я спрошу, спрошу!
— Спроси.


36

Я не боялся теперь заходить в ванную и смотреть в зеркало. Не пугался своего отражения в замочке портфеля. Ко мне пришло такое всеобъемлющее спокойствие, о котором мечтал, казалось, с юности.

Галка ускакала к себе на квартиру, поскольку тоже перестала бояться своих отражений. А с ними мы договорились, чтобы без просьбы не появляться. Они согласились. Но в рамках поджимающего времени.


~продолжение читать в Часть II