~рассказ "Сбой в системе"
1
Система дала сбой.
Без предупреждения. Без намёка. Просто — раз, и встала.
Я встал, и утро показалось мне не таким, как прежде.
Оно было другое — это утро.
Вроде ничего не поменялось:
ни у меня в жизни,
ни в окружении,
ни на работе —
нигде не поменялось.
Всё так же, всё то же.
А вот — не то что-то.
Не то. И всё.
2
Утро было раннее и серое.
Звуки утра за окном — обычные:
шуршание шин машин — всех тех, кто ехал по своим ранним утренним делам; грохочущий автобус — для тех, кому не так повезло с собственной машиной: её или не было, или не досталась она им в это утро;
большие грузовики везли что-то важное и нужное миру…
Потом я услышал, как подъехал мусоровоз — забирать горы выставленного нашим муравейником хлама.
Хлама было много.
Он позвякивал и разбивался, когда его забрасывали в нутро прожорливого, всепоглощающего мусорного монстра.
Монстр с удовольствием, казалось, чавкал отходами и ломал в своих железных челюстях какую-то уже никому не нужную садовую мебель, ржавые велосипеды и коробки от телевизора или стиральной машины — народ избавлялся от старого хлама, чтобы обрасти новым…
В общем, обычные звуки пятничного зимнего утра.
Да… вот уже и зима…
Как-то рано она нынче…
3
Я сварганил себе кофею, как обычно.
Кофе я пью чёрный, без молока. Иногда кусочек масла туда бросаю — сливочного, для мягкости, и мёда в сотах добавляю чуть-чуть.
Мммм… вкуснятина, попробуйте — вам понравится, обещаю!
Ну а с этакой вкуснятиной разве нужно что-то ещё?
Но…
4
Решил: а не сделать ли мне бутербродик?
Вчера как раз пополнил недельный запас продуктов и забил холодильник — надо как-то начинать всё это расходовать.
Начать с бутербродика к утреннему кофе — самое логичное решение.
И вот с этого момента всё пошло-поехало…
5
Бутербродик получился отменный!
Пастрома или бастурма — кто его разберёт — легла на свеженький багет, волшебно завернувшись краешками, как распустившийся бутон розы…
… сыр там ещё копчёный — как его?…
… огурчика тоненький ломтик — слайсик такой сделал, особый, полупрозрачный мммм…
… помидорку порезал и положил несколько долек рядышком с бутербродиком…
… а вот авокадо добавлять не стал — перегруз…
… листик салатика вот ещё, да — он здесь к месту будет… и…
… ну в общем, вы поняли, да?
Бутербродик получился — на ура!
Но…
6
Слопав бутербродик и напившись кофею « по самое то», чувствую — лепота.
Поспать бы ещё часок… ну или у телека покимарить. Фильмец, вон, нашёл — интригующее начало…
Но работу никто не отменял.
Надо идти заводить «шарманку»…
7
Работа, слава Богу, у меня онлайновая — то есть из дома.
Не надо наряжаться на выход, не нужен этот скафандр из костюма с галстуком, не нужны лишние запахи и правильная офисная обувь.
Самый лучший вариант — пижамные штаны и майка-футболка.
Ещё можно накинуть худи сверху, но это уже по настроению.
Айтишник я.
Детали опустим — неинтересное это, да и не суть.
Все мы живём как можем и делаем, как умеем.
А я умел айтитить.
Ха-ха-ха, прикольное словцо — оставляю его тут :)
8
Я пристроился поудобней к своей «шарманке» — открыл ноутбук и набрал пароль.
Подтвердил пароль.
Набрал ещё один…
Подтвердил миллионстотысячный раз все свои пароли и явки — слава Богу, пока обходимся без предъявления отпечатков пальцев и сетчатки глаза…
И, в конце концов, мне открылся доступ ко святая-святых — той работе, на которую я подписался в обмен на нормальную, «жить можно», зарплату.
Но…
9
Меня осенило: я же не принял душ!
Как?
И вы уже это заметили?
Правда?
Туплю.
Сорян!
И правда: я всегда душ принимаю — по утрам, так всегда.
А уж перед работой — точно.
Без этого никак!
Без этого моя мозговая коробочка не работает.
Без этого мой центр связи не вяжет, и ни нолики, ни единички складно не складываются в тот код, что я вояю.
А я вояю.
Я тот ещё воятель!
Особенно — когда платят.
10
Обычно я душ принимаю после кофе.
Да-да, после.
И не надо носом крутить и, загибая пальцы, приводить мне тысячу доказательств того, что это неправильно, негигиенично и нисколько не здОрово.
ЗдОрово!
Для меня.
Мне так нравится.
Меня устраивает.
Я так люблю.
У меня и ещё имеется множество вариантов ответа на ваше «Фи!», если что.
Так вот…
11
После кофе я душ принимаю.
Потому что до — никак нельзя.
Потому что принимать душ для меня — это ритуал смывания с себя прошлого.
И мой утренний ритуал кофепития — это не празднование нового дня, а скорее…
Скорее — это то же, что и тихим поздним вечером посидеть у пылающего камина с бокалом красного вина или чего покрепче, за треском и жаром поленьев послушать волшебные истории какого-нибудь доброго рассказчика, ведающего о путешествиях по далёким мирам дивным… хммм… да, примерно так… как-то…
Ну, так я себе представляю своё утреннее кофепитие — это проводы, а не встреча.
Такой, знаете ли, маринад, в котором надо какое-то время побыть, остаться и пропитаться…
А вы как хотите — своё представляйте.
А я живу так, и так я жизнь свою воспринимаю.
12
А пока я утренний свой кофе соображаю, вспоминаю: что снилось мне, где был и чего там видел, какими чувствами отразилось во мне увиденное.
Иногда ничего мне не снится, но в каких-то зыбких чувствах это «ничего» остаётся со мной…
Какие-то же чувства в нас есть всегда, по поводу и без?
Не может не быть — что-то ведь теплится там, живёт в нас…
А иногда тишина и пустота сплошная…
И в этой пустоте и тишине тоже волшебно варить кофе и созерцать утреннее вокруг.
13
Утром, вместе с кофе, я варюсь в ещё том своём ночном, и, вспоминая сны или силясь их вспомнить, балансирую между днём грядущим и витаю в снах прошлой ночи ещё…
Это самое моё любимое время суток.
14
А посему, принятие душа сразу по пробуждении — это как вырвать себя, такого лёгкого, из невесомости того сонного эфира и, с размаху, швырнуть в кандалы обязательной такой праведности: «так надо!»
В этом ли истина?
15
Ну, в общем — кому как.
Правда ваша.
16
А моя в том, что я люблю, как чувствую.
И чувствую, как люблю.
17
Но…
18
Иногда система даёт сбой.
Как сегодня.
Наверное, когда я не принял душ перед работой…
Ай ли?
19
В общем, захлопнул я «шарманку» и потащил себя в душ.
Обычно в душе я плескаюсь ну минут двенадцать. Потом на вытирание уходит минуты две-три. Побриться, расчесаться, дезодорант — ещё несколько минут.
Ну не больше двадцати минут это мероприятие у меня занимает в целом.
Обычно.
А тут…
А тут я стоял под сильным напором горячей воды и…
И мок… мок…
И впитывал в себя эту воду…
И впитывал…
И никак не мог ею достаточно пропитаться — так, чтобы насквозь…
Чтобы напиться всем телом, всем своим организмом…
Как будто не хватало во мне этой воды, как живой.
20
В конце концов решил, что бесполезно мне дальше тут стоять — всё-таки работа ждёт.
Вылез, вяло проделал все остальные действия своего нехитрого утреннего туалета и направился к рабочему столу.
21
«Япона мать!»
Время…
22
Время показывало, что в душе я простоял часа два, как минимум!
23
А показалось, что меньше.
Гораздо меньше.
Ну, минут тридцать от силы.
Ну, сорок.
Ну не два же часа!
24
«Система дала сбой», — подумал я во второй уже раз за это утро.
25
Работа в этот день шла так же вяло, как и мои душевые мероприятия.
Под конец дня мои соратники написали: «Есть шок-новость! Звонок другу?»
Я, конечно же, тут же подсоединился к групповому звонку.
Шок-новостью оказалось увольнение десятка два сотрудников из параллельного отдела, который существовал у нас в компании как отдельная вселенная, где делали вроде то же, но немного другое.
Новость, хоть и была предсказуема, всё же взбудоражила наш коллектив, а особенно сплочённый и закалённый, периодически появляющимися в электронной почте плохими новостями, мини-коллективчик моих земляков.
Стало прям скажем грустновасто.
Мы скисли и носы повесили.
Работа зависла.
Мы в ступоре — хотя до конца рабочего дня ещё часа полтора…
Н-да…
То-то я чувствовал… не то что-то сегодня, как будто в воздухе что-то… нависло, парит, жертву высматривает…
А это, оказывается, были «письма счастья», которыми мы окрестили увольнительные уведомления от начальства сверху.
26
Верхний эшелон, по мнению нашего низшего звена, совсем охренел и не вкуривал, что разваливает компанию на корню.
Ну-дак, кому до нас дело — до низших, до падших…
27
Несправедливо — ни кого там наверху не колышет.
То, что несправедливо в нашем понимании по отношению их к нам, у них котируется как праведность.
28
Получается, это уже серийный — системный сбой…
Что дальше?
29
Дальше я захлопнул свой «клавесин» и откатился на стуле от рабочего стола как можно дальше.
Встал, потянулся, закинул голову назад, потом в одну сторону, в другую — где-хрустнуло — я осторожно расправил плечи и посмотрел перед собой, прислушиваясь.
Ничего не услышал.
Тишина как в морге.
Я подошёл к окну и застыл у него, всматриваясь толи в даль, толи в глубь того, что там за окном.
30
«Как жить думаешь?» — спрашивал мой внутренний голос.
Но тот, кто должен был мне на это ответить, молчал.
Он завис где-то между тем, что там за окном и тем, что внутри него самого — в системе.
31
«Сбились настройки», — подумал я.
Надо как-то настраиваться… только как?
32
Может быть… пройтись?
Ходить — оно, конечно, хорошо, если за окном лето.
А вот зимой — не очень-то.
Я, прямо скажу, не фанат ни зимы, ни зимних прогулок.
Выгонять себя туда на мороз мне было жалко.
33
Может… в спортзал?
Тю, кого я хочу рассмешить?
Я в зале не был лет так… Короче, зал — не то.
Не то.
А что тогда?
34
Как перенастроиться?
Как починить то, что сломалось?
И где сломалось — как понять?
35
«Письма счастья», — вдруг пришло на ум.
Счастья — ключевое слово!
36
Я вдруг понял, что давно не ощущал его — счастья.
Как-то сильно давно.
Годы.
37
А когда я был счастлив-то в последний раз?
По-настоящему счастлив?!
38
Эта мысль загрузилась в меня и заполнила всё пространство моего сознания, отведённого для нерабочих моментов — то есть для самой жизни.
Сама жизнь, как точка отсчёта моего счастья, казалось, потеряла место быть.
Её не было — жизни в моей жизни.
А было — существование.
Пустые телодвижения за деньги: прокормиться, отоспаться, отбыть срок пребывания, так сказать — в этой жизни.
39
Там, за окном, сверкнули красным фары какой-то машины, исчезающей вдали за поворотом.
«Вот и жизнь моя так же», — подумал я. — «Сверкнёт однажды фарами в последний раз — и адью, финита ля комедия».
40
Надо что-то делать.
И как-то по-другому, причём.
Жить — я имею ввиду.
41
Привёл меня в себя сигнал пронёсшейся и обогнавшей кого-то машины — будто вернул сознание в моё залипшее у окна тело.
Я посмотрел на своё отражение в тёмном оконном стекле — как в чёрной рамке — и как будто увидел себя заново.
Вот он — я.
За плечами: давно не молодость, но далеко и не старость.
Пороху в пороховницах ещё ого-гошеньки сколько!
Пора бы выстреливать.
Но…
42
Страхи, страхи…
Как я жить буду, если вдруг…
Нет, нет, нет — нельзя об этом думать…
43
Но подумать об этом стоит!
Сколько мне ещё остаётся этой активной жизни? Десять-пятнадцать лет… А потом что?
Рыбалка, шахматы, посиделки за чашкой чая или чего покрепче, разговоры о болячках?
Бред.
Не такой я себе свою жизнь представлял, не такой!
44
Так давай-ка, братец, такую её делай.
Давай-ка, просыпайся уже, приходи в себя.
Сейчас как раз и самое время своё «письмо счастья» настрочить и вперёд — жизнь жить!
45
Жизнь жить не так-то легко, когда давно не жил…
С чего начинать?
Как начинать?
46
Не то, чтобы я никогда не писал увольнительных писем, но тут на меня нашёл ступор.
«Это должно быть не просто письмо, а именно письмо счастья!» — думал я.
Какое оно в моём понимании?
47
«Идите к хренам собачьим», — вертелось у меня в голове.
Но так написать я не мог по множеству веских причин.
Да и не были они виноваты в том, что я жить не умею.
Я сам пришёл к ним в найм, и они взяли меня — за именно то, на что я дал согласие работать. Сам подписался на такую жизнь.
Всё по-чесноку.
Сам виноват.
Но…
48
Но всё равно мне хотелось не просто донести мысль о том, что я ухожу.
Хотелось сказать, что ухожу я за именно счастьем.
Как бы комично это ни казалось со стороны.
49
Инфантильно, наверное, думать, что тебя поймут и скажут: «Да, ты прав, брат, всё так…»
Но хочется, чтобы поняли.
… Как же всем нам хочется, чтобы нас понимали!…
50
Ухватившись за эту мысль, я написал:
«ИДИТЕ К ХРЕНАМ СОБАЧЬИМ!»
И…
Я нажал на кнопку «Отправить».
51
Утро нового дня.
Я проснулся — с улыбкой.
52
Как же давно я не испытывал этого чувства лёгкости и такой щенячьей радости.
Открыл глаза и увидел солнце — оно уже вовсю било в окно и призывало вставать, радоваться новому дню и самой жизни.
53
Я потянулся, откинул одеяло, впрыгнул в тапки — и поскакал по лестнице вниз на кухню варить кофе.
54
Кофе удался как никогда.
Настроение было бодрое и полное озорства — пока я не вспомнил о письме, что отправил вчера…
55
Я подлетел к «шарманке» и проделал все танцы с бубном над паролями, логинами…
Ответа не было.
Пока.
56
Я прислушался к себе — что говорит сердце?
Есть там ощущение счастья?
57
Счастье было.
Явно было.
Да, я никак светился от счастья — от чувства той полной свободы от оков коллективного сумасбродства и необходимости идти в ногу, шире шаг.
58
После пары чашек кофею я запорхнул в душ и плескался там, как оголтелый воробей в летнем фонтане — минут двадцать пять.
Вышел новым человеком!
59
Ответа не было.
60
Я — от избытка бодрости — занялся зарядкой.
Поприседал, отжался… сколько смог для первого раза. Был абсолютно доволен собой — ещё не совсем заржавел, ай да молодец!
61
Ответа не было.
62
Я занялся завтраком.
Решил сварганить яичницу.
С помидорками.
Шакшуку.
Кухня наполнилась головокружительными ароматами болгарского перца и зелени.
Я поджарил тостик и слопал всё это в один присест, прямо из сковородки, вылизав хлебом всё до краёв, чуть ли не вытирая рот рукавом после — еле сдержался.
Завтрак — восторг!
63
Ответа не было.
Что за чёрт?!
64
Ответа не было, а тем временем было то самое время нашей утренней летучки.
Должен бы быть уже мне ответ…
Должен!
65
Где же он?
66
Я перепроверил письмо.
Да — отправлено.
Что ж… ждём-с.
67
Подумал и отправился в город — в центр.
Давно не был, интересно, чего там такого этакого твориться.
Как народ там, что происходит в моём городе — интересно.
Давно уже я им — городом — так не интересовался.
68
В центре — толпа народа, как оказалось.
«Не работает что ли никто?» — подумал я.
Какие-то предновогодние украшения уже развешаны, витрины в огоньках, игриво зазывающие заглянуть внутрь и окунуться в краски предстоящих праздников. Побаловать себя-любимого чем-нибудь.
69
Мне не нужно ничего — ни чего-нибудь, ни чего-такого.
Но я с удовольствием прошёлся по магазинному ряду, заглянул, потрогал, приценился и прикинул на себя — идёт ли.
Что-то даже понравилось, но покупать не стал.
Отвык, сидя-то дома.
Да и зачем оно мне там — дома?
70
Чувство народной готовности к праздникам усилило мой и без того весёлый настрой.
Это веселье дзинькало у меня где-то внутри при каждом шаге.
Я наслаждался этой своей свободой, гуляя по зимнему городу, кутаясь и дыша в шарф, иногда потирая уши и хлопая руками одну об другую.
Но…
71
Но мысль о том, что что-то не так, не отпускала и шла со мной в ногу.
Я старался не думать и отвлекался на красивый город и таких же красивых людей вокруг.
72
Дошёл до кинотеатра и увидел рекламный щит какого-то нового фильма.
Чик-флик — то, что я люблю.
Иду.
73
Народ, я прямо чуть не прослезился, ей-Богу…
Сентиментальный стал…
Но они такие… прям — ну лапотули…
74
Но…
75
Как оно там — дома?
Не пора ли мне проверить «шарманку»?
76
Но «шарманка» всё так же спокойно поведала мне ни о чём.
В ответ было пусто.
Тихо.
Никто и не думал мне отвечать.
И знаете почему?
Сегодня была суббота.
77
Суббота.
Вот я… вслух не хочу произносить набор тех словец, коими я себя осыпал в этот момент.
А потом…
78
Меня хватила лёгкая дрожь и коленки слегка дали слабину.
«Ну чего ты! Эй! Ты чего?»
«Ну не всё так плохо. Ты же хотел этого. Ну какая разница когда?»
Но почему-то мысль о том, что ответа мне ждать ещё полтора дня и провести их придётся в неведении, не придавало ни сил ни уверенности в правильности моего поступка.
Мне поплохело. Реально. Физически.
Меня стало подташнивать и подкашивать.
79
«Эй! А ну-ка, успокойся и соберись! Кому говорю?!»
А и действительно, чего я так запаниковал? Что изменилось? Время?
Что мы имеем такого, чего не имели до момента этого самого моего осознания?
Да ровным счётом ничего!
От перемены мест слагаемых…
Но…
80
Меня колбасило и мутузило.
Меня рвало. Дома. Под вечер.
Так я распереживался — что поступил опрометчиво, не подготовившись как следует к этому решению и к тому, каким пойдёт ход моей жизни после того как.
Ход жизни…
Ход…
81
А ведь жизнь моя до этого шла совсем не туда.
Так какой же такой «ход» меня так напугал?
Меня ж задолбало всё!
И поминутный отчёт моих действий по трудам в направлении той или иной задачи.
И ежедневное заполнение трудо-часов в систему, которая по этим часам определяла оплату моего труда в соответствии с этими самыми задачами.
И начальство, которое должно было снизойти, чтобы дать добро на мои несчастные отпускные дни — не дай бог, попрошенные с перебором…
Всё, короче, меня достало.
И опустошило.
И ход жизни на этом встал.
Так что не стоит переживать из-за того, что ты не готов сделать первый шаг.
82
Тем более, что ты его уже сделал.
Але! И — Гоп!
83
И в дамки!
И возьми уже себя в руки и налей «даме» на брудершафт с жизнью!
84
Как ни крути — ты уже в пути.
85
Но…
86
Страхи... ну как с вами бороться, а?
87
И тут меня осенило — ведь страх… это и есть сбой в системе!
Как только нам становится страшно, у нас есть два варианта —
или оставаться и защишаться,
или сдать позиции и бежать.
Без этого система идёт себе… тихим сапом… без всякого сбоя.
Чоп-чоп… идёт… себе… тихо… складно… тошно…
А тут… сбой!
88
И так мне стало снова легко на душе, так спокойно…
Я понял — бояться нечего.
Страх мне просто подсказывал: что-то не так, надо что-то менять и меняться самому, чтобы изменить ход жизни.
89
Я это и сделал — изменился и изменил.
Себя.
Ход жизни.
Своей.
Для себя.
90
И теперь ничего не страшно.
Страшнее было остаться и оставить всё как есть.
А теперь — всё не так и весь мир мой, вселенная вся — чтобы жить и радоваться жизни.
91
Спросите, на что жить собираюсь?
Или скажете: ну конечно тебе легко говорить — ты же айтишник с крутой зарплатой, накопил себе, небось, на безбедную жизнь.
Удивитесь наверное, но нет — не накопил.
Не накопилось.
Увы.
Гол как сокол.
92
И не знаю я всех ответов, и как жить собираюсь — не знаю, и делать что тоже не знаю.
НЕ ЗНАЮ.
Справимся.
Я и моя жизнь.
Всё у нас получится!
Я понял: сбой в системе нужен, чтобы понять — мы идём не туда.
Чтобы что-то изменить и пойти туда, куда действительно нужно.
22 ноября 2025
Алёна Полудо
